yuri-senpai
Бойтесь гнева терпеливых!
И что у них есть своя история.
Истории кукол, принадлежавших мне и Al Hail можно почитать тут и тут
изображениеизображение

А потом Al Hail продала Эрил. Мне очень грустно стало от этого, и я долго думала, как это связать с их историей. И вот на днях у меня случилось озарение, и я написала еще зарисовку. Теги #драма #розовыесопли #нефактчтоканон #типаdnd #яхудожникятаквижу #дроу #эльфы


Прошло уже два года с тех пор, как не стало Эрил.
Несмотря на годы, прожитые среди светлых эльфов, между Эрилафэй и Ферлореном были странные, однако вполне соответствующие нравам дроу отношения. Раньше она была ему как дочь, потом, немного повзрослев, была сестрой. Спустя несколько лет она могла стать его возлюбленной и женой из рода дроу. Они могли породить на свет темных эльфов, никогда не знавших тьмы Подземья и жестокости её обитателей. Но судьба распорядилась иначе.
В мире темных эльфов Эрилафэй была обречена на смерть. Её едва не принесли в жертву темной богине, но даже если бы не не похитили во время нападения на дом Мелрахель, вероятнее всего её, будущую третью жрицу дома, убила бы собственная мать, поняв, что дочь слепа. В мире дроу не церемонятся с неполноценными. Если ты не идеален, твоя участь - смерть на алтаре. Если ты попрал устои дома - станешь жертвой во славу Ллос. Если ты был серьезно ранен в бою и не сможешь в дальнейшем сражаться - ты всего лишь расходный материал. Такая судьба ожидала Ферлорена. И у Эрил в этом мире не было шансов выжить.
Она росла. Будучи ребёнком, она была не по годам мудра. Лишенная зрения, она видела и познавала мир другими средствами. И она знала больше остальных. Богиня Эйлистрии - Танцующая-Под-Луной - покровительница добрых дроу, говорила с ней, вела её по пути света и счастья и нарекла её своей жрицей. Бывало, что ночами маленькая Эрил уходила из эльфийского поселения и танцевала и пела под луной вместе со своей богиней, явственно ощущая чёрной кожей холодный лунный свет. Эрил действительно чувствовала себя счастливой в такие моменты. Она делилась своей радостью с Ферлореном, и он был счастлив вместе с ней. Он ещё ни разу не пожалел, что ушёл из Подземья. Хоть его и Эрил сторонились, жизнь была лучше той, прошлой. И Сильванелис - молодой, но мудрый предводитель эльфов, старейшина деревни Тауремар - всецело доверял ему.
Ферлорен стоял на вершине холма над лесом и смотрел вслед уходящему солнцу. Каждый закат на Поверхности был неповторимым. Солнце слепило глаза дроу, но слезы проступали на его глазах не поэтому. Эрил. Ему так не хватает малышки, её таинственной улыбки и игривого смеха, нежных объятий и мудрых рассказов. Фель заново переживал в душе все трагические события, связанные с Эрилафэй, и сердце щемило от боли. Ему хотелось кричать, но он знал, что это не поможет.
Сколько ей тогда было? Десять? Или около того. Совсем юная даже по меркам людей. Они были вдвоём на холме, вместе провожали солнце за горизонт. Фель восхищался цветами заката, а Эрил танцевала в тёплых лучах солнца, встречая сменявшую его луну.
— Скажи, — обратилась вдруг Эрилафэй к Ферлорену, — если у дроу будет единственный выбор — его жизнь или жизнь тех, с кем он живёт, что он выберет?
— Разумеется, свою собственную жизнь. В этом вся сущность нашей расы, — осторожно ответил Фель.
— А что выберешь ты? — последовал вопрос.
Ферлорен задумался, вспоминая то, что он когда-то совершил. Чувство вины за поступки никогда не отпускало его.
— Я пожертвую собой.
— Это правильный выбор, — продолжила Эрил. — Так говорит Эйлистрии. Я поступлю так же.
Фель тогда не придал особо значения вопросам девочки, ведь она часто начинала весьма философские, взрослые беседы, однако в его душе зародилось странное чувство тревоги, время от времени беспокоившее дроу.

Ей было 17. Те светлые эльфы, что издевались над ней в раннем детстве, стали ей друзьями. Она никогда не таила на них зла и простила им все, что они ей сделали. Они же постарались стать ей глазами, и старались научить её всему эльфийскому. На поляне небольшого поселения эльфы учили её своему танцу.
— Этот танец, — говорил один из юных эльфов, — исполняется в День первого листа 20-го года со Дня дара жизни, он символизирует единение с породившей нас матерью-природой. Ритуал, показывающий ценность и красоту жизни. Ты очень красиво танцуешь. Мы хотим, чтобы ты тоже исполнила этот танец вместе со мной и моей сестрой.
— Мы не сможем, — ответила ему Эрил. — Судьба никогда не позволит исполнить нам этот танец вместе. Никогда... — прошептала она уже совсем тихо и изящно закружилась в танце.
Фель узнал об этом разговоре через три дня, когда до него дошли слухи о том, что Эрил отказала друзьям в участии в важном ритуале. Тревога в его душе накатила с новой силой.
А однажды ночью Эрилафэй подошла к Феле и сказала: — Танцующая-Под-Луной вещает, что угроза нависла над поселением и всеми, кто живёт в округе. В Подземье разразилась страшная война, которая эхом отразится на Поверхности. Эльфы не оставят свой дом и родные деревья, в опасности все. Но не говори никому. Придёт время, и ты сможешь рассказать им всё, что знаешь.
— Что ты хочешь этим сказать? — беспокойно спросил Ферлорен. — Как нам всем спастись?..
— Не думай об этом. Эйлистрии знает, как нам помочь. Просто знай, что впереди неизбежность, — отвечала юная дроу, ясно давая понять, что ответов у неё больше нет.
Прошло четыре месяца. На Поверхности заговорили о том, что в Подземье что-то происходит. Появились слухи, что сильнейшие дома Мензоберранзана решили напасть на дварфов, а те вовсе не собирались сдаваться без боя.

Хотя Тауремар и расположен среди лесистых холмов, с одной стороны подпираемых отвесной скалой, землетрясений здесь не было уже многие сотни лет.
Тем утром земля задрожала, но не сильно, будто бы предупреждая. Старейшие жители поселения сказали, что такое последний раз было почти тысячу лет назад. Город пережил тогда, переживёт и сейчас. Солнце неспела клонилось к закату, когда дрожь земли чуть не повалила эльфов с ног.
Тогда Эрил нашла Фелю, возвращавшегося с неудачной охоты — все звери и птицы разбежались.
— Чего стоит любовь? — задала она ему вопрос, на который никто и никогда не знал ответа.
— Возможно, всего самого ценного, что у нас есть... — задумавшись, ответил дроу. Он не знал любви в том виде, в котором её знают остальные существа, но научился испытывать привязанность и уважение к близким людям. Он не знал любви, но уважал это чувство.
— Эйлистрии любит нас. Всех. А я люблю тебя, — сказала Эрил, обняла Фелю и ушла в дом. Фель направился к Сильванелису. Ему нужно было рассказать об охоте и о том, что он видел следы отряда дроу.
В дом он вернулся спустя не более получаса. Эрил в доме не было. Жуткие образы промелькнули перед его внутренним взором, и холодный липкий страх за девочку железным кулаком сдавил его изнутри.
Он стремглав бросился в лес по её следам, выкрикивая имя Эрилафэй. Сильванелис и ещё несколько эльфов немедленно ринулись вместе с ним. Он знал, что за такое короткое время Эрил не могла далеко уйти, но не мог даже предположить, что она собралась делать. Или вдруг дроу из Подземья найдут её? Вспомнив зверства, которые он сам совершал на Поверхности, Фель украдкой бросил взгляд на глубокий шрам на лице Сильванелиса, и почувствовал укол совести. За свои поступки он ещё расплатится сполна. Но он боялся даже представить, что сделают с Эрил дроу, если встретят её.
Эльфы вышли из леса к огромной скале. К той самой, через которую когда-то выбрался на поверхность Ферлорен с младенцем.
Между лесом и скалой было несколько сотен метров. Фель увидел Эрил, стоящую перед скалой. А потом заметил дроу, выбирающихся из лаза. "Хорошо, что у них нет арбалетов. Я успею спасти Эрил," — подумал Фель.
Вдруг она оглянулась, будто видела его, и запела заклинание. Её голос звучал все громче, и к нему присоединился ещё один — Танцующая-Под-Луной разделила свою силу с юной жрицей. Скала задрожала изнутри. Огромные глыбы откалывались от неё и падали вниз. Камни с вершины с громовым треском сыпались вниз и катились по склону. Дроу из Подземья метались в панике — скала разрушалась изнутри, и они не могли пробраться в пещеру через расщелину, а искать спасения на Поверхности им мешал свет последних закатных лучей. Гигантский кусок скалы с глухим стоном отслоился и плоской плитой полетел вниз, похоронив под собой весь диверсионный отряд.
Фель бежал к Эрил, но время тянулось бесконечно долго. Эрил продолжала петь заклинание, и гора сотрясалась все сильнее и сильнее.
Несколько больших камней и много мелких следом сорвались с вершины и полетели прямо на юную жрицу, сбив её с ног и засыпав кусками горной породы. В этот момент землетрясение прекратилось. Ферлорен подбежал к тому месту, где только что стояла Эрил.
Все произошло почти мгновенно: и пение заклинания, и землетрясение, и гибель отряда дроу, но для Фели, бежавшего к Эрилафэй, казалось, что время вовсе остановилось. Он не успел. Та ли эта неизбежность, о которой ему говорила Эрил? Это ли любовь, на которую указывала Эйлистрии? Ферлорен в отчаянии бросился разгребать камни. Подоспевшие эльфы помогали ему. А он только звал Эрил и просил её найтись живой.
Из-под камней показался запылившийся белый локон с мелкими осколками породы. Ферлорен принялся ещё более яростно откидывать камни, разбивая пальцы в кровь. Эльфы помогли Феле вытащить девочку из-под завала, и дроу, упав на колени, взял её на руки. Лицо Эрилафэй все было в крови, лоб рассечен, а на голове сбоку зияла большая рана.
Эрил открыла глаза и посмотрела на Феля. Её зрачки и радужка обрели бледно-серый цвет. Она видела. Эрилафэй посмотрела на Феля, протянула руку к его лицу и с нежностью провела по брови и щеке со шрамом.
— Ты очень красивый... — прошептала она. — Любовь действительно стоит... самого дорогого на свете. Теперь.. вы все... будете... жить... в мире.. и... поко......
Рука Эрил безвольно опустилась, и девочка обмякла на руках у Ферлорена.
— Эрил... — подкативший к горлу комок не давал ему нормально говорить. — Эрил, девочка моя, милая, не покидай меня... нас... Прошу, не умирай, живи! Живи!!!
Фель вскинул голову к сумеречному небу и закричал, прижимая к себе Эрил, самую родную на свете. Он кричал и рыдал, но ничто не могло измениться. Эльфы хотели помочь ему, но он лишь прогонял их.
В ночи он отнёс тело Эрилафэй в дом, уложил её в постель, а сам ушёл прочь, в лес. Шёл бесцельно, пока не набрел на поляну, на которой Эрил любила танцевать. Фель прислонился к дереву и в бессилии упал на колени, его тело сотрясалось от беззвучных рыданий. И тогда ему явилась Эйлистрии.
Божественным касанием она немного успокоила его и проговорила:
— Эрилафэй сделала свой выбор. Дварфы хотели взорвать скалу изнутри, тогда бы Тауремар был разрушен вызванным землетрясением, а все обитатели погибли бы от камнепада. Она решила, что если сможет спасти хотя бы тебя, эта жертва будет оправдана. Ты ещё не сделал всего, что должен. Тебе придётся жить. Но не принимай жизнь, как страдание. Помни, что Эрилафэй поступила так из любви к тебе и к эльфам...
Через три дня Эрил предали земле со всеми почестями, которые только могли устроить эльфы юной героине, а среди эльфийского народа появилась легенда о Мореллет, что по-эльфийски значит "Темная эльфийка", о дроу, спасшей город светлых эльфов.

Фель стоял на холме и смотрел на закат. Ветер трепал его волосы, а на глазах выступили слезы. Но не от яркого солнца, а от всей боли, что скопилась в его душе.
— Эрил, девочка моя, сегодня такой прекрасный закат. Надеюсь, ты его тоже видишь. А мне так не хватает твоих танцев под луной...

Вопрос: ?
1. Спасибо, прочитал(а) 
4  (100%)
2. Ниасилил 
0  (0%)
Всего: 4

@темы: Verloren